С 1 сентября 2025 года в России вступили в силу новые правила хранения препаратов, находящихся под предметно-количественным учетом (ПКУ). Ключевое изменение касается условий, в которых аптеки и медучреждения смогут держать такие средства, как транквилизатор «Феназепам», прегабалин, тропикамид, трамадол, мифепристон и ряд других препаратов. Теперь достаточно закрывающихся шкафов, сейфов или опечатываемых помещений. Это заметно проще, чем прежние требования с отдельными укрепленными комнатами, сигнализацией, тревожной кнопкой и обязательным присутствием охраны.
На первый взгляд, послабление должно повысить доступность лекарств. Производители уверены, что именно жесткие правила хранения ограничивали количество аптек, готовых работать с «учетными» средствами. Но эксперты рынка сомневаются, что реальная ситуация изменится. Дело не только в логистике или затратах на охрану, а в правовых рисках. Любая ошибка в оформлении рецепта на препарат ПКУ грозит не только отказом в отпуске, но и повторным визитом пациента к врачу. Более того, из-за усиленного контроля со стороны надзорных органов и угрозы уголовной ответственности многие врачи предпочитают не выписывать такие лекарства вовсе.
Феназепам в России прошел особую эволюцию. До 2021 года он относился лишь к сильнодействующим средствам и продавался в аптеках без особых условий хранения. Рецепт выписывался по упрощенной форме, что облегчало доступ пациентам с хроническими расстройствами. После включения в перечень ПКУ ситуация резко изменилась: строгая рецептурная форма, обязательная регистрация в системе мониторинга движения лекарственных препаратов (МДЛП), жесткий контроль отпуска. Это отразилось и на статистике продаж: если в 2020 году рынок измерялся миллиардами рублей, то к 2024 году он сократился почти в три раза.
Парадокс заключается в том, что новые правила облегчат жизнь больницам и стационарам, но вряд ли приведут к массовому возвращению Феназепама на полки аптек. Для аптечных сетей риски и издержки остаются слишком высокими. Для врачей — сохраняется страх уголовных последствий. А для пациентов по-прежнему остро стоит проблема фактической недоступности даже при наличии рецепта. Решить ее могло бы введение электронных рецептов и полноценная цифровизация документооборота, однако пока этот инструмент работает лишь в половине регионов и в тестовом режиме.
Коллеги, а как вы считаете: изменят ли новые правила хранения вашу практику?
0 — нет, риски слишком высоки;
1 — да, работать станет проще;
2 — частично, но без электронных рецептов доступность для пациентов останется низкой.
